Строго говоря фантастическое произведение, которое рассказывает о кораблях, путешествующих быстрее скорости света, как и кораблях, которые способны перемещаться во времени уже нельзя относить к научно фантастическим. Потому что наука отрицает возможность как первого, так и второго.
И тем не менее... так уж получилось, что мы относим эти два ненаучных соображения к классу допустимых отклонений от строгих рамок определения жанра. Иначе жанру пришел бы конец. Здесь пролегает туманная граница определения жанра как научного и основана она на простом - на нашем желании и больше ни на чем. Мы просто хотим к звездам и мы просто хотим увидеть другие миры и что там сегодняшние ученые думают нас не очень волнует. Наша фантазия не желает быть ограничена расстояниями и такими вещами как ограниченность нашего существования, которая казалось бы гарантируется наукой. Мы упрямо называем научными вещи, которые явно противоречат науке. Однако мы пытаемся найти дыры в научных теориях, которые бы позволили нашей фантазии выйти за пределы известных научных знаний и вообразить себе, что мы как-то пересекли границу разделяющей известное и пока еще не известное и сделать тот же фокус с релятивистской механикой, какой она проделала с классической и поставить ей границы, после которых идет научная механика из научной фантастики.
Наука тоже не стоит на месте. Железная и все время подтверждаемая логика Эйнштейновских соображений не останавливает тех, кто строит теоретические построения на основе областей, которые Эйнштейн не опроверг, а опустил, образовав тем самым темные места научной теории, на основе которой можно строить спекуляции, теоретические построения, которые рассматриваются реальными учеными-теоретиками как возможные построения. Что не делает их более научными, чем фантазии писателей фантастов, однако делает писателей фантастов более научными - по виду. Наличие людей, которые понимают язык научных теорий в писательской среде или тех, кто создает современные компьютерные игры исключительно обогащает и терминологию и сюжетную канву. Временами абсолютно не хочется, что бы эти теоретики ученые продолжали свои размышления над вопросом, потому что кажется, что рано или поздно они придут к выводам, противоречащим окружающей действительности. Докажут "от противного" факт невозможности превышения скорости света и окончательно убьют таким образом мечту о межзвездных путешествиях. Что, сказать по правде я предполагаю произойдет рано или поздно.
После этого уже не станет возможным мечтать о таких вещах или считать научной фантастикой межзвездные полеты и мы, прикованные собственной наукой к маленькой пылинке посреди необъятного пустого пространства окончательно погрустнеем и прекратив наше поступательное движение вперед нашей цивилизации и начнем умышленно двигаться к ее длинному и очень скучному завершению. Увяданию и распаду.
Но, пока еще сохраняется надежда что наша наука не вполне поняла эту часть природы мы продолжаем создавать наукоподобные фантазии о звездах и мирах
И тем не менее... так уж получилось, что мы относим эти два ненаучных соображения к классу допустимых отклонений от строгих рамок определения жанра. Иначе жанру пришел бы конец. Здесь пролегает туманная граница определения жанра как научного и основана она на простом - на нашем желании и больше ни на чем. Мы просто хотим к звездам и мы просто хотим увидеть другие миры и что там сегодняшние ученые думают нас не очень волнует. Наша фантазия не желает быть ограничена расстояниями и такими вещами как ограниченность нашего существования, которая казалось бы гарантируется наукой. Мы упрямо называем научными вещи, которые явно противоречат науке. Однако мы пытаемся найти дыры в научных теориях, которые бы позволили нашей фантазии выйти за пределы известных научных знаний и вообразить себе, что мы как-то пересекли границу разделяющей известное и пока еще не известное и сделать тот же фокус с релятивистской механикой, какой она проделала с классической и поставить ей границы, после которых идет научная механика из научной фантастики.
Наука тоже не стоит на месте. Железная и все время подтверждаемая логика Эйнштейновских соображений не останавливает тех, кто строит теоретические построения на основе областей, которые Эйнштейн не опроверг, а опустил, образовав тем самым темные места научной теории, на основе которой можно строить спекуляции, теоретические построения, которые рассматриваются реальными учеными-теоретиками как возможные построения. Что не делает их более научными, чем фантазии писателей фантастов, однако делает писателей фантастов более научными - по виду. Наличие людей, которые понимают язык научных теорий в писательской среде или тех, кто создает современные компьютерные игры исключительно обогащает и терминологию и сюжетную канву. Временами абсолютно не хочется, что бы эти теоретики ученые продолжали свои размышления над вопросом, потому что кажется, что рано или поздно они придут к выводам, противоречащим окружающей действительности. Докажут "от противного" факт невозможности превышения скорости света и окончательно убьют таким образом мечту о межзвездных путешествиях. Что, сказать по правде я предполагаю произойдет рано или поздно.
После этого уже не станет возможным мечтать о таких вещах или считать научной фантастикой межзвездные полеты и мы, прикованные собственной наукой к маленькой пылинке посреди необъятного пустого пространства окончательно погрустнеем и прекратив наше поступательное движение вперед нашей цивилизации и начнем умышленно двигаться к ее длинному и очень скучному завершению. Увяданию и распаду.
Но, пока еще сохраняется надежда что наша наука не вполне поняла эту часть природы мы продолжаем создавать наукоподобные фантазии о звездах и мирах
Комментариев нет:
Отправить комментарий